А. и Б. Стругацкие «Трудно быть богом». Вместо рецензии

Автор: , 11 Фев 2014

Совсем недавно я имел удовольствие перечитать культовое произведение братьев Стругацких «Трудно быть богом». Не сказать, чтобы я совсем уж позабыл, о чем там говорилось, но вот начало зимы и холода принесли с собой такое несколько грустное настроение, которому эта повесть прекрасно соответствует. Поэтому в моих руках вновь оказалась замечательная книга замечательных авторов.

А раз на блоге «Литературная мастерская» я берусь высказывать собственное мнение о прочитанных книгах, то и по поводу этой я просто обязан был что-то сказать. Однако писать еще одну рецензию, которая будет на просторах интернета, наверное, тысяча первой рецензией на данную повесть я не хочу. Сегодня я намерен обратить ваше внимание на стиль знаменитых советских фантастов, разобраться, каким образом они строят предложения и абзацы. Ведь не секрет, что Стругацкие славятся, в первую очередь, пластичным и невероятно легким стилем. Именно из-за него их книги всегда так приятно читать.

Итак, на этом преамбулу предлагаю считать пройденной и перейти наконец-то к самой сути.

Трудно быть богом

Сюжет.

Сюжет повести достаточно прост. На одной из далеких планет, где царит феодальный строй, работает целая группа ученых-историков с Земли. Ученые ведут свои наблюдения под видом обычных жителей планеты и лишь изредка позволяют себе вмешиваться в происходящее. Главным героем как раз и является один из таких землян – Антон, внедренный в среду аборигенов как дворянин Румата Эсторский. Во главе произведения стоит конфликт между доном Руматой, всячески поощряющем культурное и научное развитие жителей планеты, и министром охраны доном Рэбой, всеми силами уничтожающем ученых и деятелей культуры. Дон Рэба, пользуясь слабостью правителя, разворачивает на вверенной территории милитаристский режим. Большинство ученых, поэтов и врачевателей обвиняются в шпионаже в пользу соседних стран, в чем сознаются под пытками, а далее приговариваются к смерти. Дон Румата пытается предотвратить надвигающуюся катастрофу, но имея огромные технологические возможности, он не в праве их применять.

Стиль братьев Стругацких.

Книга помимо обращения к весьма серьезной проблеме прогрессорства, примечательна еще и легким стилем повествования, коим, впрочем, примечательны почти все книги братьев Стругацких. Попытаемся разобраться, за счет чего достигается эта самая пресловутая легкость текста? Вот несколько особенностей стиля, которые я выделил у А. и Б. Стругацких:

  1. Короткие простые предложения. Средняя длина предложения в данной повести всего 54 знака, что на редкость ниже среднего (82).
  2. В каждом абзаце присутствует речевая «изюминка». Почти в каждом предложении авторы пытаются использовать нераспространенные глаголы, причастия, деепричатия и пр.
  3. Значительная доля диалогов в тексте – 37%.

Особо отмечу, что такая манера повествования присутствует далеко не во всех произведениях авторов. Например, в повести «Улитка на склоне», вышедшей в 1966 году, предложения значительно более длинные и перегруженные, что, по моему мнению, усложняет текст для восприятия, делает его тяжелым и громоздким. Вероятно, подобное усложнение было предпринято авторами намеренно. Однако на мой личный вкус именно стилевая составляющая в повести «Трудно быть богом» заслуживает самого внимательного рассмотрения.

Описания.

Очень часто в различных фэнтезийных произведениях, да и вообще в текстах, антуражем своим близким к Средневековью, присутствует описание корчмы, постоялого двора или какой-нибудь дешевой гостиницы. С развлечениями в ту пору, как известно, было туго, поэтому центрами ночной жизни становились именно подобные заведения. Лично я читывал, наверное, с десяток описаний таких мест – где-то удачных, где-то не очень, а вот каким образом описывают корчму братья Стругацкие:

 

У коновязи перед корчмой топтались оседланные кони серого патруля. Из открытого окна доносилась азартная хриплая брань. Стучали игральные кости. В дверях, загораживая проход чудовищным брюхом, стоял сам  Скелет  Бако  в драной кожаной куртке, с засученными рукавами. В мохнатой лапе  он  держал тесак – видимо, только что рубил собачину для похлебки,  вспотел  и  вышел отдышаться. На ступеньках сидел, пригорюнясь,  серый штурмовик,  поставив боевой топор между коленей. Рукоять топора стянула ему  физиономию  набок. Было видно, что ему томно с перепоя. Заметив всадника, он подобрал слюни и сипло взревел:

— С-стой! Как там тебя... Ты, бла-ародный!..

Весьма атмосферное описание, не правда ли? Короткое и очень емкое. Составленное, в основном, из простых и коротких предложений. Глаголы и уточняющие слова подобраны очень грамотно, именно они и дают атмосферу: кони топтались, а не просто стояли; с перепоя штурмовику томно, а не просто плохо; брюхо хозяина чудовищное, а не большое и т.д. Соль описания сконцентрирована именно в этих деталях.

Вообще, в этой повести не так уж и много описаний. Но те, что все же присутствуют в тексте, выполнены на высочайшем уровне – четко, лаконично и атмосферно.

Изюминка.

Второй тезис о наличии в каждом абзаце речевой изюминки возьмусь проиллюстрировать следующим отрывком.

 

Тут он заметил, что неподалеку остановились двое штурмовиков, глазеют на него и скалят зубы. Сотруднику Института  было  на  это  наплевать,  но благородный дон Румата Эсторский осатанел. На секунду он потерял контроль над собой. Он шагнул к  штурмовикам,  рука  его  непроизвольно  поднялась, сжимаясь  в  кулак.  Видимо,  лицо  его  изменилось  страшно,  потому  что насмешники  шарахнулись  и  с  застывшими,  как  у  паралитиков,  улыбками торопливо юркнули в таверну.

То же самое, что и в предыдущем случае: короткие емкие предложения с великолепно подобранными глаголами. А один из этих глаголов (Сотруднику Института  было  на  это  наплевать,  но благородный дон Румата Эсторский осатанел) настолько хорош, что без него абзац уже не имеет такой выразительной силы. Вместо этого «осатанел» уже нельзя поставить «разозлился», «вспыхнул» или что-то другое – данный глагол как раз и является той изюминкой, которая определяет вкус всего отрывка.

Конечно, не в каждом абзаце у Стругацких обнаруживается такой звучный глагол. Например, в первом отрывке подобного нет, но зато есть целый набор других ярких деталей, каждая из которых вносит свою лепту в создание нужной атмосферы.

Диалоги.

Диалогам в повести также уделено огромное внимание. Авторы работают над ними не менее скрупулезно, чем над описаниями, а иногда кажется, что даже более. Настолько они просты и элегантны.

 

Они вышли из камеры. Ни один человек не решился заступить им  дорогу, коридор пустел за двадцать шагов.

— Я их всех разнесу, -  ревел  барон.  -  Они  заняли  мой  замок!  И посадили там какого-то отца Ариму! Не знаю, чей он там отец, но дети  его, клянусь господом, скоро осиротеют. Черт подери, мой друг, вы не  находите, что здесь удивительно низкие потолки? Я исцарапал всю макушку...

Они вышли из башни. Мелькнул  перед  глазами  и  шарахнулся  в  толпу шпион-телохранитель. Румата дал Будаху знак следовать  за  ними.  Толпа  у ворот раздалась, как будто  ее  рассекли  мечом.  Было  слышно,  как  одни кричат, что сбежал важный государственный преступник, а другие,  что  «Вот он, Голый Дьявол, знаменитый эсторский палач-расчленитель».

Барон вышел на середину площади и остановился, морщась от  солнечного света. Следовало торопиться. Румата быстро огляделся.

— Где-то тут была моя лошадь, — сказал барон. — Эй, кто там! Коня!

У коновязи, где топтались лошади орденской кавалерии, возникла суета.

— Не ту! — рявкнул барон. — Вон ту — серую в яблоках!

— Во имя господа! — запоздало крикнул Румата и потащил  через  голову перевязь с правым мечом.

Испуганный монашек в замаранной рясе подвел барону лошадь.

— Дайте ему что-нибудь, дон Румата, — сказал барон, тяжело поднимаясь в седло.

— Стой, стой! — закричали у башни.

Через площадь, размахивая  дубинками,  бежали  монахи.  Румата  сунул барону меч.

— Торопитесь, барон, — сказал он.

— Да, — сказал Пампа.  -  Надо  спешить.  Этот  Арима  разграбит  мой погреб. Я жду вас у себя завтра или послезавтра, мой  друг.  Что  передать баронессе?

— Поцелуйте ей руку, — сказал Румата. Монахи уже были совсем  близко. — Скорее, скорее, барон!..

— Но вы-то в безопасности? — с беспокойством осведомился барон.

— Да, черт возьми, да! Вперед!

Барон бросил коня в галоп, прямо на  толпу  монахов.  Кто-то  упал  и покатился, кто-то заверещал, поднялась пыль, простучали копыта по каменным плитам — и барон исчез.

Великолепный отрывок с великолепными диалогами. Они так же очень просты, легки и полны юмора.

Хочу обратить ваше внимание еще и на то, как описана сама сцена бегства. Авторы намеренно опускают все детали и дают все просто в два насыщенных глаголами предложения:

 

Барон бросил коня в галоп, прямо на  толпу  монахов.  Кто-то  упал  и покатился, кто-то заверещал, поднялась пыль, простучали копыта по каменным плитам — и барон исчез.

На этом все на сегодня. Надеюсь, эта небольшая запись вдохновит вас на то, чтобы прочесть повесть Стругацких, если вы ее еще не читали, или перечитать и поучиться у метров советской фантастики. Свои мнения по поводу стиля и творчества данных авторов оставляйте в комментариях – с удовольствием обсудим. Не забывайте подписываться на обновления блога! До скорых встреч!

Получать обновления блога «Литературная мастерская» на e-mail!

Похожие записи:

Комментарии к статье

  1. Гелла:

    Все подмечено абсолютно верно, но, ко всему прочему, я бы еще добавила фантазию Стругацких, как бы очевидно это ни звучало. Много было прочитано мной опусов из жанра фантастики и фэнтези,  но поражала меня (да что там, шокировала!), пожалуй, только их фантазия. Дерзкие выдумки, которые могло бы выдать любое более-менее сносное воображение, но... не выдает же! Страшно признать, но фантазировать в таких масштабах не то что я, большинство фантастов не могут. У Стругацких нет какого-то тяжеловесного нагромождения заумных элементов в выдуманном мире. Их мир комплексный, но, вместе с тем, логичный. Они дерзки в своей простоте, а полет их фантазии меня по-хорошему пугает. 

    Что скажете на это Вы, автор? Вас тоже настолько впечатляют их идеи или мой экстаз вызван сугубо личной ограниченностью? 

  2. admin200:

    Гелла, лично я отношусь к фантастическим допущениям в произведениях Стругацких достаточно спокойно. Есть вещи, которые мне понравились в своей задумке, есть те, которые абсолютно не зацепили. Меня более всего интересует социальная направленность их произведений. Они, в общем-то, этим и отличаются от остальных. Ну и стилем, конечно. Стиль замечательный.

  3. О, это отличный роман. Наводит на определенные философские размышления. 

  4. Сарвар:

    Очень информативная и познавательная статья! Побольше бы вот таких разборных статей, админ. На подобных примерах учишься как нельзя лучше. Интересно было бы почитать еще что-нибудь подобное. 

  5. admin200:

    Сарвар, мне формат этого разбора тоже кажется наиболее полезным. Вот только жаль, что не каждый автор пишет так же красочно, как братья Стругацкие.

  6. Согласен «Трудно быть богом» легко читается. А вот «Улитка на склоне», сколько не пытался дойти до конца, постоянно бросал читать, очень тяжелый и перегруженный текст. 

  7. admin200:

    OmarSK, думаю, в случае «Улитки на склоне» авторы намеренно перегружали текст, чтобы передать атмосферу чудаковатости леса и его обитателей. Другой вопрос: стоило ли на это идти? Потому как читать  действительно сложно.

  8. Василёк:

    Очень красочно и лаконично, несмотря на изобилие «он, его...»

    Главное, читать легко и интересно. Наводит на мысль — так ли важно соблюдать грамматику и иные важные правила, если читается взахлёб?

    Мне однажды закинули критику:

    «Книга ваша интересная, но... оказывается, она не имеет кода IDSN, а значит, не существует.!»

    Какой балованный нынче читатель! :-D

  9. admin200:

    Василёк, ответ, как всегда, уже содержится в самом вашем вопросе.

    А вот комментарий вам закинули забавный. Там человек явно нащупал неуловимую грань между беспросветной тупостью и тонким троллингом.

  10. Василёк:

    Часто задумываясь о популярности того или иного творения, приходишь к выводу, что она, популярность, вещь странная и капризная. В комментариях уж были отзывы о мраке под названием «50 оттенков...», который я и читать брезгую... Но «пипл хавает», и ставит сиё дрмвое творение в один ряд с классикой... Это как «Оскар» и зрительское признание в кино. Или в художестве, Дали энд Пикассо... Богатенькие Ричи решили выделиться из плебейской толпы, сказав, что это искусство. А кто его не понимает, тот отсталая чернь... И все, кто по обезьяньи, не хочет отставать от идолов, вдруг стали понимать абстракционизм, сюрреализм и иные измы... 

  11. admin200:

    Василёк, ох, вы сейчас затронули вопрос такой глубины и накала, что о нем можно писать книгу, да и не одну. Вброшу просто пару мыслей.

    Во-первых, не стоит забывать, что мы живем в век информации, и реклама — мощнейший инструмент влияния на массы и их «умы». Это к вопросу о «50 оттенках...»

    Во-вторых, начиная с первой четверти ХХ века искусство в целом, и литература в частности, вышло за рамки физического объекта, это искусство выражающего (то бишь книга, картина или скульптура на площади). Произведение искусства начало затрагивать как человека, его создавшего, так и общество, время и много чего прочего, к этому произведению относящегося. И воспринимать его, произведение, необходимо во всей совокупности вышеназванных факторов. Именно отсюда берутся «странные поделки», не имеющие по всеобщему мнению художественной ценности в обыденном ее понимании, но поднимающие колоссальный общественный, культурный или политический резонанс. Поэтому пока одни мыслят категориями запятых и знаков препинания, другие штурмуют уровни общественного сознания и социальных устоев. 

    Ну это так, совсем коротко и совсем по верхам.

     

  12. Василёк:

    По этому поводу... Может быть, пора произвести прорыв в литературе, написав книжный вариант картины малевича? 

    Не отсюда ли популярность книг, дарящих новизну? Открывающих сладкое запретное, как «Эммануэль» или «50 оттенков серого»?

    Или заводящие в дебри сюрреализма, подобно «Тёмной башне» Кинга?

    Пришло время лаконичности, «Чёрного квадрата» в литературе. 

    Вот только проблема... Чем заполнить обьём, где взять столько «воды», чтобы она не отвлекала от идеи простоты?

  13. Василёк:

    Например, написать книгу «Жизнь есть стоадание», и заполнить её синонимами слова «страдание» на всех языках мира. Главное, чтоб именитое издательство сразу запустило тираж 100000 экземпляров. По уене 10€ за один. А там уж покатится высокое искусство. Новости не преминут сообщить о небывало высоком тираже, и поехали, собирать деньгу.

    Как в фильме «1+1». Стоило убедить одного недалёкого, но богатого покупателя в том, что эта мазня — признанное искусство, как он тут же аыложил 10000$ ха непонятное пятно на холсте — только бы не показаться несведущим в искусстве...

  14. Василёк:

    Мне кажется, «понимание» нового искусства сродни истории о голом короле... Кто не видит мантии — тот отсталый дурак. И только дети, с их непосредственностью и прямотой, видят истинное положение вещей. Может, оставим им судить о красоте картин, состоящих из кубиков и кривых мазков? Устами младенца глаголет истина.

  15. admin200:

    Василёк, ну тогда давайте детей и в органы государственного управления определим. Чтобы своим незамутненным взором навели, наконец, порядок. :-D

    Но вы ведь такого в жизни не предложите. Потому что понимаете, что во взрослом мире любая работа требует определенной квалификации (базиса, набора знаний). Ну так почему же тогда, чтобы управлять страной (машиной, станком, другими людьми) нужны знания, а чтобы понимать книги и картины — не нужно ничего? Или вы в школе таблицу умножения не учили, сразу к высшей математике перешли? Смешно, ей Богу.

  16. Василёк:

    Вы правы, в школе нужно ввести новый предмет, искусствоведение. Шишкин и Айвазовский понятны всем, почему бы и детям не обьяснить с малолетства, что чёрный квадратик — высочайшее искусство в 20000000$, а картина Васи Пупкина, на которой он фотореалистично нарисовал рассвет над Тибетом, сделав 18000 мазков — это каляканье, потому то в нём нет экспресии, чувства, оно холодно, как фотография...

    Или обьяснить, что «Трудно быть Богом» или «Три мушкетера», это тупо развлекаловка, а читать нужно «Парфюмера» или книги Коэльо.

    Воспитывать, так сказать, правильные взгляды, а не развлекаловку.

  17. admin200:

    Василёк, наш разговор пошел по второму кругу, и это печально, потому что я не хочу повторяться.

    Знаете, я тут подумал: если бы вы на самом деле хотели разобраться и понять, в чем феномен известности Малевича, Солженицына, Маяковского, вы давно разобрались бы и поняли. И даже поняли бы, чем эти люди отличаются от Коэльо и Э.Л. Джеймс. Только вам этого не надо...

  18. Василёк:

    Чесно говоря, разбирался. Сделал свой вывод, не поддавшись убеждениям критиков — феномен в новизне. Мы пресытились классикой, раритетами, стилями, что не менялись веками. Развитие технологий, прогресс, не стоящий на месте, приучили нас к быстрым переменам, переходам, к иным темпам самой жизни, в коей место устоявшимся традициям отодвинуто на задний план. Душа требует новизны, мы не хотим уже быть похожими на динозавров, наших предков. Хотим выделяться. Прогрессивная сторона человечества требует перемен.

    Новое искусство их несёт. Абстракционизм, рэп, новые направления в кино и литературе. 

    Во многом новизна спорная, трудно принимаемая блюстителями традиций, однако имеющая право на жизнь.

    Да, я не люблю Маяковского, но обожаю Есенина. Не люблю Пикассо, но восхищаюсь Шишкиным. Считаю интересными картиы Дали, ибо в них есть и талант, и скрытые качества — они не оставляют равнодушным, несмотря на некоторую кривоватость и корявость. Однако, хоть убейте, Чёрный квадрат для меня несёт не больше эмоций, чем флаг Японии. Я могу увидеть в нём своё — простоту ночи, талант, скрытый в точных линиях и пропорциях, нарисованных без линеек... Но хоть убейте, с ценой я не согласен. А популярность из цены и вышла.

     

     

     

  19. admin200:

    Василёк, оставьте привычку все мерить деньгами, и все встанет на свои места. Какая вам, по сути-то, разница кто сколько маленьких зеленых бумажек с мертвыми президентами отдаст за большую бумажку с черным квадратом?

Ваш комментарий