Роберт Макки «История на миллион долларов». Часть 1

Автор: , 19 Сен 2015

Со времени выхода последней статьи на блоге «Литературная мастерская» прошло уже больше месяца, молчание затянулось, а значит, пора браться за дело и представить вашему вниманию новую порцию полезной информации. Сегодня у нас очередной разбор, и предметом обсуждения станет фундаментальный труд заокеанского гуру сценарного ремесла Роберта Макки под амбициозным названием «История на миллион долларов». Как всегда, я читал книгу очень внимательно, держа под рукой блокнот и конспектируя самые важные и интересные моменты. В этой статье вас ожидает разбор по свежим следам и краткое описание системы самого мистера Макки.

История на миллион долларов

Общее впечатление от книги.

Первое, что необходимо отметить – книга «История на миллион долларов» не из разряда развлекательных. Элементов живого общения с читателем, кои так нравились многим в учебнике Кинга, да и в сборнике Юрия Никитина, здесь минимальное количество. Это почти что академический труд… И читается он соответственно. То есть очень долго. Хоть книга по объему невелика, изучал я ее едва ли не целый месяц – без особого энтузиазма, преодолевая за вечер страниц по десять-пятнадцать, а иногда и вовсе ограничиваясь пятью. И да, хоть это к делу не относится, читать ее при включенном телевизоре чрезвычайно сложно – проклятый ящик неуклонно перетягивает внимание на себя. Ну, вы понимаете…

Вторым моментом, вызвавшим сложности, явилось то, что Роберт Макки постоянно приводит примеры из фильмов, львиная доля которых, к великому стыду, мне попросту неизвестны. Этот момент серьезно усложняет чтение и восприятие, потому что примеры рассчитаны на подготовленного читателя, который эти фильмы смотрел и понимает, о чем идет речь. Так что перед прочтением настоятельно рекомендую посмотреть как минимум «Китайский квартал» и «Касабланку». К ним автор обращается особенно часто.

А в остальном книга «История на миллион долларов» очень полезная. Определенные моменты стали для меня неожиданными, в некоторых утверждениях я еще больше убедился. В целом, книга предназначена для подготовленной аудитории, людей, уже сделавших первые шаги по стезе написания историй и желающих совершенствоваться в этом направлении.

Записей после прочтения накопилось у меня немало, поэтому разбор будет в нескольких частях. Сегодня мы займемся наиболее важным вопросом – разработкой истории.

Разработка истории.

— Любая история – это компромисс трех структур. Классическая структура: причинность, закрытая концовка, линейное время, внешний конфликт, один главный герой, постоянная реальность, активный главный герой. Минимализм: открытая концовка, внутренний конфликт, несколько главных героев, пассивный главный герой. Антиструктура: случайность, нелинейное время, непостоянная реальность.

Роберт Макки начинает книгу с рассуждений о том, что любая история существует внутри треугольника, образованного тремя фундаментальными структурами: классической, минимализмом, антиструктурой. Это так называемые крайности, но любая история, придуманная нами, будет являться компромиссом между этими тремя составляющими. Звучит просто, но непрактично. В чем же важность этой информации для нас? А в том, что чем ближе история к классической структуре, тем понятнее она для читателя. Макки проводит сравнение между голливудскими фильмами, большинство из которых сняты по канонам классической структуры, и фильмами европейскими, где мы можем увидеть и элементы минимализма, и антиструктуры. Именно привязанностью к разным полюсам треугольника он и объясняет массовую популярность голливудского кино и закрытую элитарность европейского. Насколько это наблюдение верно для литературы, судить не берусь, но определенные параллели провести можно. Ко всему прочему для нас это дает понимание того, что историю можно строить и развивать абсолютно в разных направлениях: ориентируясь и на внешние конфликты, и на внутренние, вводя элементы случайности и нелинейности времени. Важно понимать, что не существует какого-то четкого нерушимого шаблона, определяющего хорошую историю. Каждому автору приходится искать свой подход.

— Сеттинг истории четко определяет и ограничивает ее возможности.

Для начала разберемся, что такое сеттинг. Сеттинг – это среда, в которой происходит действие художественного произведения. Сюда входит место, время и обстоятельства. Обычно сеттинг придумывается в самом начале, вместе, а иногда и раньше, чем сформируется сама идея.

Но какие ограничения накладывает сеттинг на нашу историю? А самые разные. Время действия зачастую не дает нам использовать некоторые предметы и понятия, которые не были изобретены в тот момент или уже устарели (в Средневековье не существовало ни телефонов, ни самолетов, никто не знал ни коммунистической идеологии, ни демократии, ни прав человека. И, напротив,  в наше время уже никто всерьез не пользуется гужевым транспортом и не ищет философский камень). Ограничения сеттинга могут быть весьма значительны. Если мы выбрали период Великой Отечественной войны, писать в жанре комедии выйдет едва ли.

Кстати средневековый сеттинг, в котором разворачиваются события подавляющего большинства произведений жанра фэнтези, является, по моему мнению, одним из самых ограниченных. Это касается не только предметов, понятий и главенствующей темы милитаризма, но и отсутствия свободы в отношении общественных институтов, т.к. средневековое общество по сути своей было крайне консервативным. Поэтому такие темы как одиночество в социуме, борьба за права человека, противостояние личности и общества в условиях этого сеттинга практически неосуществимы.

— Единственным оправданием переноса действия в минувшее время является хронологический сдвиг, позволяющий через прошлое показать настоящее.

Лично мне сложно не согласиться с этим суждением. Действительно, зачем переносить события в прошлое, если тот же самый конфликт можно разворачивать в современных реалиях? Конечно, существует огромное количество исключений (когда действие касается неких исторических событий, например, той же Великой Отечественной войны или Октябрьской революции), но в остальном и в целом, исторические реалии не столь важны для сюжета, как принято считать. Часто можно увидеть, как молодые авторы в погоне за экзотикой выбирают местом действия какую-нибудь Древнюю Грецию или Японию времен сёгуната. Им почему-то кажется, что далекие страны и давние времена придадут истории атмосферы. Но вы только представьте, какого колоссального багажа знаний требует от автора достоверное изображение обстановки, уклада и нравов того места и той эпохи! И как обидно бывает впоследствии, когда все эти детали и антураж останутся никому не нужными, просто потому, что сама история получилась слабой. Это очевидно, но хорошая история производит впечатление в любых обстоятельствах. А плохую не вытянуть никакими уловками.

Однако автор, пишущий о некой далекой, а иногда и выдуманной стране, должен ощущать пульс своего времени и через свое произведение раскрывать проблемы, актуальные для его сегодняшнего читателя.

— Для предвосхищения ожиданий аудитории автор должен в совершенстве владеть выбранным жанром и его конвенциями.

Всем нам отлично известно, что у каждого литературного жанра существуют свои неписанные правила, а также свои исторически сформировавшиеся клише и штампы. И искушенному читателю они обычно прекрасно известны. Такой читатель имеет за спиной сотни прочитанных книг – как выдающихся, так и неудачных, и чем-то удивить его крайне тяжело. Поэтому открывая очередную книжку с голосящим названием «Холодная кровь» и бледной загадочной физиономией на обложке, он уже примерно представляет, о чем и как будет рассказывать автор. Задача автора здесь – дать читателю нечто большее, чем он ожидает от книги этого жанра. Удивить его, но остаться, тем не менее, в рамках выбранной темы. А чтобы сделать это, автор должен иметь читательский багаж не меньший, чем у его аудитории. Поэтому чем больше автор читает и пишет в каком-либо жанре, тем искуснее он в нем становится. Только с опытом приходит понимание сюжетных штампов. Овладение жанром приходит только через практику: через чтение и через письмо.

— Социальные установки меняются. Писатель должен тонко реагировать на эти изменения, иначе из-под его пера будет выходить антиквариат.

Тоже весьма справедливое суждение, которое здорово объясняет некоторые моменты. В частности, появление огромной числа героев, главной чертой которых является циничность – качество, которого было днем с огнем в литературе еще лет тридцать назад. Все это атрибуты времени, а писатели – его проводники. Если в советскую эпоху литература была идейной, и главными героями становились люди, ставящие интересы общества и коллектива выше личных, то теперь все перевернулось с ног на голову. Старых авторов забыли, а тот, кто напишет что-то в этом же духе, будет, вероятно, если и не поднят на смех, то уж точно неправильно понят.

Безусловно, я ни в коем разе не призываю вас лить потоки желчи и сарказма на страницах произведений, но считаю, что автор обязан идти в ногу со временем и освещать те проблемы, которые актуальны именно сейчас. А уж достойных внимания проблем у нас – видимо-невидимо.

— Позиционирование аудитории – это создание у нее правильного ожидания от истории. В нем важно все: от названия и афиш до рекламы.

Очень часто молодым авторам приходится сталкиваться с тем, что читатель остается неудовлетворен его текстом просто потому, что он по какой-то причине «ожидал другого». Ждал любовной истории, а прочитал триллер. Хотел зубодробительного боевика, а получил скучный философский трактат. Почему так получается? По большей части из-за неверного позиционирования. Для книги очень важны название и ясная лаконичная аннотация. И то, и другое должно дать читателю достаточное представление о жанре, настроить его на нужный лад (трагический, комический, философский). Иначе взяв в руки произведение с заглавием «Холодная кровь» и получив комедию положений, он останется разочарован.

— Управляющая идея имеет две составляющие – ценность и ее причину.

Суть рассуждений Роберта Макки на эту тему можно свести к тому, что в основе любой идеи должна лежать некая ценность (справедливость, взаимная любовь, общественное признание). Ценность в ходе истории либо восторжествует, либо наоборот – потерпит крах. Но это не все. Ни одна ценность не может одержать верх или потерпеть фиаско просто так, без каких-либо на то причин. Поэтому любая ценность имеет причины, и именно они являются ее обоснованием. К примеру, если мы пишем детективную историю, идеей которой является торжество справедливости, то нам придется и раскрыть причину подобного исхода. В нашем случае причиной будет нечто очевидное: незаурядный ум, смелость, порядочность и упорство сыщика. И наоборот, если у нас идея заключается в том, что в нашем мире справедливость не торжествует, мы должны обозначить почему: из-за коррумпированности правоохранительных органов, из-за изощренности преступников, из-за глупости сыщиков и т.д.

Все это звучит банально, но подводит нас к определенному выводу. Автор должен не просто выбирать некую мифическую идею для своего произведения, но и обосновывать и активно развивать ее по ходу сюжета.

— Суть метода изнутри наружу: записи – поэтапный план – обкатка истории слушателем – разработка – текст.

Ближе к концу книги Роберт Макки раскрывает, наконец, собственный метод работы. Называет он его изнутри наружу. Его метод противоположен той распространенной стратегии, коей пользуются другие (в основном, неудачливые) сценаристы. Не буду вдаваться в подробности, но суть заключается в том, что обычно автор, написав первый вариант истории и дав прочитать его друзьям, рьяно принимается за исправление. Причем делает это, оставляя наиболее удачные сцены, которые понравились критикам, и переписывая все остальное. Потом он вновь несет работу на суд своих хороших знакомых, и вновь садится за переделку, оставляя все те же удачные сцены и переделывая все остальное. Процесс может повторяться сколько угодно раз: автор без конца переписывает, удачные сцены остаются, но история как не работала, так и не работает.

Почему так происходит, мы поговорим в следующий раз. А пока суть метода самого Макки.

Итак, работа над историей начинается с накопления записей. Автор в течение долгого времени обдумывает будущий сюжет, записывая наиболее удачные идеи в ежедневник или просто на бумажных листках. Когда записей наберется целая стопка, автор садится за составление поэтапного плана, который должен содержать полную последовательность событий. По сути, составив поэтапный план, автор имеет на руках устный эквивалент своей будущей истории. Далее приходит пора обкатки ее слушателями. Задача проста – рассказать историю другу за десять минут и отследить реакцию: произвела ли история впечатление, заинтересовала ли? В каких местах друг зевал, а в каких слушал с большим интересом? В общем, устный пересказ является главным критерием качества истории – если она не цепляет слушателя в пересказе, то не зацепит и на бумаге. Вооружившись полученной информацией, автор перерабатывает план, и вновь терзает своих друзей и знакомых, пока их реакция не даст ему понять, что история удалась. Дальше следует этап разработки. Автор расширяет свой поэтапный план, расписывает подробности событий, обдумывает и преодолевает сложности и нелогичности, которые непременно возникнут на этом этапе. Каждое предложение, обозначавшее событие в плане, он расписывает до абзаца. В итоге он получает подробный план будущего произведения. И только после этого садится за написание текста.

— Часто история строится на неком нелогичном предположении, к которому затем подбирается линейка логичных событий.

Для многих это рассуждение может стать ответом на вопрос, как придумать интересную историю? Для этого вначале нужно сочинить некий неожиданный финал (девушка бросается под поезд, сын убивает отца, бедняк становится королем и т.д.), а сам сюжет выстраивать таким образом, чтобы подвести под эту оригинальную сцену логическое основание. Может показаться странным, но часто весь текст приносится в жертву кульминационной сцене, потому что именно она запоминается ярче всего. Безусловно, это не железобетонное правило литературы, но весьма интересный прием, который можно принять на вооружение.

— Преждевременно написанные диалоги душат способность к творчеству.

Роберт Макки сделал весьма справедливое наблюдение о том, что написанные диалоги мешают автору перерабатывать текст. И действительно, очень тяжело править и выкидывать то, на что было потрачено время. А диалоги иной раз выходят такие замечательные! Вот и мается бедный автор, решая, исправлять ли сцену или оставлять удачные диалоги. Поэтому правило очень простое: диалоги всегда пишутся в самом конце.

— Если используете совпадение, включайте его в историю как можно раньше, чтобы оставалось достаточно времени для придания ему значения. Никогда не используйте совпадение для создания финала.

Недавно в комментариях мы уже обсуждали вопрос чудесных совпадений в тексте. Вот мнение на этот счет господина Макки. И мнение, как мне видится, очень правильное. Ну и главное: использовать неожиданные совпадения и рояли в кустах в кульминации истории просто недопустимо.

На этом на сегодня все. В следующий раз продолжим разбор, речь пойдет о структуре истории. Не забывайте оставлять свои комментарии о книге «История на миллион долларов» и об этой статье. До скорых встреч!

Похожие записи:

Комментарии к статье

  1. Рубен:

    Информация отличная! Но, видимо, как и книга, требует осмысления. Трудно было въехать в компромисс трех структур поначалу, но потом понял что к чему. Кстати, структуры эти оч любопытны. Теперь знаю в каком плане еще можно двигаться, чтобы придавать тексту тот или иной оттенок. Например, если хочется добавить некие элементы мейнстрима, можно чуть поднажать на антиструктуру. А если оставить только ее, можно получить лютый артхаус =) Так что спасибо, это реально новые инструменты для меня. Так, за что еще отдельное спасибо... «Нелогичность к которой подбирается логика» Вот! Многие классные сюжеты действительно имеют такую особенность. Взять к примеру фильм Тренировочный день. Новобранец — детектив убивает своего наставника под конец первого тренировочного дня. Казалось бы, как такое могло произойти? А вот так =)  Короче, отличная формула. Думаю, буду еще перечитывать эту статью и открывать для себя что-то новое.        

  2. Максим Л.:

    Спасибо за разбор, очень интересно. Несмотря (а может наоборот — благодаря) на «академичность», книгу захотелось прочитать самостоятельно и раскрыть выбранные вами тезисы более детально.

  3. Сергей Романюта:

    Благодарю, Роберт. Для начала прочту книгу, о которой Вы рассказываете. После этого, прочту Ваше отношение к ней. И, если позволите, выскажу свое мнение. Уровень — «Информация отличная!», оскорбителен, в первую очередь для Вас. Дело в том, что самая «Отличная информация», есть не что иное, как «Таблица умножения». Здесь, несколько попроще. Ваша статья в моем «почтовом ящике» под"флажком" и ни в какую папку не перемещена. А это для того, чтобы не забыл. Поверьте, возможно, скорее всего, возможно, мне все это понадобится, а возможно — необходимо. Благодарю Вас, Роберт. Я обязательно выскажу свое мнение, и, не исключено, спрошу Вашего совета.

    С уважением,

    Сергей Романюта.

  4. Рубен:

    Такое впечатление, что коммент выше написан откуда-то из альтернативной реальности. :-D Примечательно, что автор поблагодарил Роберта за труды, по всей видимости самого Роберта Макки =) А что, тоже дело =)

  5. Сергей Романюта:

    «Такое впечатление, что коммент выше написан откуда-то из альтернативной реальности».

    Да, Рубен, из альтернативной. Из той, где Царь-Государь — Русский язык. Приходите в гости, возможно, понравится. 

  6. Рубен:

    Сергей, с русским языком порядок. Исхожу из принципа не "выдрачивать" сообщения, чтоб все грамотно, красиво и с запятыми на месте, когда просто отписываешь на форуме, чего и вам желаю. Не окупится =)     

  7. Сергей Романюта:

    «Сергей, с русским языком порядок. Исхожу из принципа не »выдрачивать" сообщения, чтоб все грамотно, красиво и с запятыми на месте, когда просто отписываешь на форуме, чего и вам желаю. Не окупится "...Там, далее, улыбающаяся мордашка. Всего доброго. 

Ваш комментарий